Детские лагеря, санатории, психлечебницы и прочие гособъекты. Украинская журналистка Диана Панченко обнародовала адреса тайных пыточных тюрем по всей территории страны. Об их местоположении опальной киевской расследовательнице сообщили сами жители Украины. Информация была собрана из более чем тысячи писем. В таких тюрьмах держат украинских мужчин, которых мобилизовали и которым предстоит отправка на фронт. Идти туда заставляют насильно под пытками. Есть и альтернативный вариант - откупиться. Адреса тайных украинских тюрем и ценник за свободу изучил Сергей Гололобов. «Письма - это не сборник частных трагедий, а свидетельские показания о практике, которую государство знает, признаёт и не останавливает», - заявила украинская журналистка Диана Панченко в предисловии к своему расследованию. Она его начала после нашумевшей истории с тайной тюрьмой в Петропавловской Борщаговке Киевской области. Там украинских мобилизованных и отказников пытали, чтобы подавить сопротивление и отправить на фронт. Благодаря вмешательству общественников и манифестантов, мужчин из тюрьмы отпустили. Но она - лишь одна из десятков аналогичных по всей Украине. Их адреса прислали вынужденной уехать из страны Диане Панченко те, у кого родственники или знакомые сами прошли через эти узилища. Большинство из них располагаются не в частном секторе и не в подвалах жилых домов, а в бывших и нынешних государственных и муниципальных учреждениях, констатирует журналистка. ПАНЧЕНКО: Объекты из писем: бывший пионерский лагерь, два детских лагеря, санаторий, подвалы поликлиник, здание коммунального предприятия, бывший наркодиспансер, бывший льнозавод. Всё это - гособъекты, на которых удерживают и пытают людей. Ни одного построенного для содержания людей. Вдумайтесь, друзья, "ненавистный "совок строил эти объекты, учил детей, чтобы дети отдыхали, чтобы украинцы могли работать, развиваться. Я специально буду озвучивать общепризнанные на Украине факты, чтобы никто не сказал про российскую пропаганду. Всё, что я говорю, - это доказанные и подтвержденные украинским омбудсменом факты. Просто об этом не принято говорить. Содержатся в таких тайных тюрьмах, в основном, украинские мобилизованные, кого отловили на улице сотрудники ТЦК - военкоматов. Бусифицированные, в большинстве своём, еще недостаточно морально подавлены, чтобы не сопротивляться, поэтому строптивых отвозят в специальные отстойники. Там их пытают и, что называется, дожимают. Мол, лучше уж на фронт, чем и дальше испытывать издевательства над собой в этих тайных СИЗО. Впрочем, выход, по словам Панченко, есть, - откупиться. ПАНЧЕНКО: И если сложить все письма, в них описан один и тот же конвейер. Первое - человека силой забирает ТЦК и увозит на дальнейшее распределение. Дальше тебя отправляют в подвал. Если ты отказываешься воевать, тебя отправляют либо в камеру пыток, либо в СИЗО и "шьют" дела о госизмене. Возможно, и твоим родственникам. Везде одна и та же процедура. Телефоны отбирают. Выбраться из этого конвейера простой человек может тремя способами. Первый - фронт, второй - в больницу, третий - деньги. Каждая человеческая жизнь на Украине - это 15-30 тысяч долларов. То есть когда мужчин забирали из пыточной в Петропавловской Борщаговке, там было 30 человек, это примерно 1 миллион долларов. География тайных тюрем - вся Украина без исключения: Одесса, Харьков, Чернигов, Запорожье, Николаев, Ровно, Полтава, Тернополь, Сумы и ряд областей, а также подконтрольная Киеву часть ДНР. Точное их количество Панченко не назвала, но только в одном Киеве их - около 15. Возникла даже специализация. Каждое неофициальное СИЗО закреплено за какой-либо воинской частью, которая путем пыток и морального давления готовит для себя кадры. Вот один из примеров. ПАНЧЕНКО: Письмо из Смелы, Черкасская область. Адрес камеры пыток - бывшая автошкола. "Мобиков держат неделями в нечеловеческих условиях. Схема: принимает смелянский ТЦК, несколько дней морят голодом, после чего человек должен согласиться на 78-ю десантно-штурмовую бригаду. С помощью подставных выясняют, что и с кого можно взять по деньгам. Я сбежал, позвонил жене с чужого телефона, адвокат сказал, что есть военные, которые могут привезти в Черкассы через блокпосты. С жены взяли 15000 долларов через адвоката". По итогам своего расследования украинская журналистка делает вывод: тайные удержания и пытки мобилизованных - не локальный инцидент на уровне районного ТЦК, а системная практика властей страны с тарифицированным выкупом. Более того: по мнению Панченко, вся эта история с тайными тюрьмами - не для пополнения личного состава и решения проблем с мобресурсом, а ради одного лишь вымогательства и заработка денег.